Золотые имена: Балабан Наум Исидорович

 Балабан Наум Исидорович

(1889 – 1942)

Наум Исидорович Балабан – ученый-психиатр, доктор медицинских наук, профессор. Председатель Академической комиссии по созданию КМИ (1930 – 1932). Заведовал кафедрой и клиникой психиатрии в Крымском медицинском институте (1934 – 1942). «Заслуженный врач РСФСР».

Наум Исидорович Балабан родился в 1889 году в Павлограде в семье купца первой гильдии. В 1909 году поступил на медицинский факультет Мюнхенского университета, закончил учебу в Швейцарии, где учился у известного психиатра Эмиля Крепелина. В 1922 году Балабан возглавил психиатрическую больницу в Симферополе. Сейчас ее называют в народе «Розочкой», а до войны — «Балабановкой». На конвертах писем, которые Науму Исидоровичу присылали со всех концов Крыма, вместо адреса больницы красовалась короткая и красноречивая надпись: Симферополь, профессору Балабану. Об этом человеке ходили легенды: он знал каждого больного по имени-отчеству и совершенно непостижимым образом мог расположить к себе даже самых «неконтактных» пациентов. Вполне возможно, что среди пациентов профессора была тогда еще никому неизвестная актриса Фаина Раневская, работавшая с 1918 по 1923 год в Симферопольском театре. Фаина Георгиевна вспоминала, что от ужасных картин, увиденных на улицах Симферополя, где лежали трупы людей, умерших от голода и болезней, она слегла — боялась выходить из дома и не могла работать. Ей пришлось прибегнуть к помощи доктора — а лучшим специалистом в Симферополе в то время был доктор Балабан.

В новом Крымском медицинском институте Наум Балабан возглавил кафедру психиатрии и наркологии. Именно он стал основоположником революционных методов лечения шизофрении и алкоголизма. В мае 1941 года президиум Верховного Совета РСФСР присвоил Балабану звание заслуженного врача РСФСР. Но получить почетный знак он не успел — началась война. Наум Исидорович был назначен начальником военного отделения психиатрической больницы в звании военврача первого ранга (соответствует званию полковника). Профессор не стал эвакуироваться из Симферополя, остался в больнице. И это при том, что, будучи евреем, он не мог не понимать, какая участь его ожидает. Очевидно, знал он и о том, что ждет его пациентов, которые, с точки зрения идеологии Третьего рейха, являлись «ущербным человеческим материалом» и подлежали уничтожению. Как следует из немецких документов оккупационного периода, Балабан ежемесячно выписывал из клиники до 700 пациентов — вне больничных стен у них было больше шансов выжить. Больным, которых профессор выписывал накануне немецкого наступления, он выдавал эвакуационные билеты, без которых покинуть Крым было невозможно.

В феврале 1942-го начались расправы фашистов над больными. Сначала немцы увезли и расстреляли пациентов-евреев, а 7 марта 1942 года на территорию больницы, оцепленную эсэсовцами, въехали машины-душегубки. Медперсонал изолировали в отдельном помещении. Из 450 пациентов в тот день было уничтожено 447, троим чудом удалось выжить. Наум Балабан пережил своих пациентов всего на несколько дней. Его забрали в

гестапо 12 марта вместе с женой, Елизаветой Нелидовой, принадлежавшей к старинному русскому дворянскому роду. «У него была возможность уйти в этот период, прикрываясь родством жены. Она была дворянка. Это реабилитировало бы его перед фашистами, но он все-таки остался с больными. Остался и погиб практически вместе с ними», — вспоминает его коллега Елизавета Дрок. Обстоятельства смерти четы Балабан до сих пор точно не выяснены. В первом сообщении, опубликованном в 1942 году в газете «Красный флот», говорилось, что профессора расстреляли «за сочувствие партизанам». Потом появилась версия, что он погиб вместе с больными. Медсестра Надежда Стевен, понимавшая немецкий язык, утверждала, что слышала во время допроса, как немцы говорили, что Балабан и его супруга приняли яд в машине по дороге в гестапо. Место, где похоронен Наум Исидорович, точно неизвестно. Скорее всего, он покоится в одной из братских могил на симферопольском воинском кладбище по улице Русской.

Память о Балабане Науме Исидоровиче увековечена мемориальной доской в Республиканской клинической психиатрической больнице № 1.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *